Эмми Нётер

Гильберт, добиваясь для неё права читать лекции, сказал факультету: «Не понимаю, при чём здесь пол кандидата. В конце концов, это университет, а не баня». Не помогло — несколько лет Нётер читала курсы, объявленные его именем, без должности и без жалованья.

Эрланген, Гёттинген, Брин-Мор

Дочь эрлангенского профессора математики Макса Нётера. Женщин в университет тогда допускали вольнослушательницами с личного согласия каждого лектора; диссертацию по теории инвариантов она защитила в 1907 году и сама называла её потом «навозом вычислений».

В 1915 году Гильберт и Клейн зовут её в Гёттинген — им нужен человек, разбирающийся в инвариантах, для работы над только что появившейся общей теорией относительности. Результат — теорема Нётер (1918): всякой непрерывной симметрии физической системы отвечает закон сохранения. Однородность времени даёт сохранение энергии, однородность пространства — импульса, изотропность — момента. Это, вероятно, самое употребительное утверждение теоретической физики XX века, и придумал его человек, физикой не занимавшийся.

«Idealtheorie in Ringbereichen»

Работа 1921 года — водораздел. До неё кольца и идеалы изучали по-разному в каждой конкретной области. Нётер вытащила из всех этих случаев одно условие — обрыв возрастающих цепочек идеалов — и показала, что из него следует всё нужное. Кольца, где оно выполнено, называют нётеровыми, и вопрос «а нётерово ли оно?» задают в алгебре ежедневно.

Метод оказался важнее теорем. Ван дер Варден, слушавший её в Гёттингене, написал по этим лекциям «Moderne Algebra» (1930) — учебник, по которому алгебру учили полвека и в котором предмет впервые изложен от структур, а не от уравнений. Похожая переработка случилась в топологии: числа Бетти стали группами гомологий после её замечания, брошенного на семинаре.

1933

Увольнение по «закону о восстановлении профессионального чиновничества» пришло одним из первых: еврейка, женщина, социал-демократка. Семинар она какое-то время вела у себя дома. Осенью уехала в США, в женский колледж Брин-Мор, и через полтора года умерла после операции — сорока девяти лет.

Речь на похоронах произнёс Герман Вейль, прямо сказав, что она превосходила его самого. Эйнштейн написал в New York Times, что Нётер была «значительнейшим творческим математическим гением с тех пор, как женщинам открыли доступ к высшему образованию», — и, вопреки формулировке, ограничение здесь лишнее.