Карта → событие

Гёттинген 1907–1908; Грам — Копенгаген, 1883

Грам и Шмидт: из любого набора — ортогональный

Функциональный анализ

Вопрос, висевший над линией

Синусы, многочлены Лежандра, многочлены ЭрмитаШарль Эрмитфранцузский математик · 1822–1901Доказал трансцендентность числа $e$ — и отказался браться за $\pi$, сказав, что не рискнёт; через девять лет это сделал Линдеман тем же методом., Лагерра, ЧебышёваПафнутий Львович Чебышёврусский математик и механик · 1821–1894Основал петербургскую математическую школу, дал первые строгие оценки в законе распределения простых чисел и построил около сорока механизмов, включая шагающую машину., собственные функции задачи Штурма — Лиувилля — каждая ортогональная система была найдена отдельно, в своей задаче, и всякий раз ортогональность выглядела подарком.

Вопрос напрашивается: это везение — или ортогональная система есть всегда?

Ответ: всегда, и вот процедура

Возьмём любой линейно независимый набор $v_{1},v_{2},\dots$ и будем последовательно вычитать из каждого вектора его проекцию на всё предыдущее:

$$e_{1}=\frac{v_{1}}{\|v_{1}\|},\qquad w_{k}=v_{k}-\sum_{j<k}\langle v_{k},e_{j}\rangle\,e_{j},\qquad e_{k}=\frac{w_{k}}{\|w_{k}\|}.$$

v₁v₂проекция v₂ на v₁v₂ − проекцияВычесть тень — и останется перпендикулярБерём векторы по одному.У каждого вычитаем его теньна всё, что уже выпрямлено, —остаток перпендикулярен всемупредыдущему.Процедура работает и вбесконечной размерности:ортогональный базис естьу всякого сепарабельногогильбертова пространства.
Вычесть тень второго вектора на первый — и останется перпендикуляр. Дальше по индукцииMathLocus · построено для этого сайта

Ничего сверх школьного «опустить перпендикуляр», повторённого нужное число раз. Полученная система ортонормирована и порождает то же самое, что исходная.

Три следствия, каждое весомее предыдущего

Первое: зоопарк получается сам. Применим процесс к степеням $1,x,x^{2},\dots$ со скалярным произведением $\langle f,g\rangle=\int fg\,w\,dx$:

Вес и промежуток Что выпадает
$w=1$ на $[-1,1]$ многочлены ЛежандраАдриен Мари Лежандрфранцузский математик · 1752–1833Первым напечатал метод наименьших квадратов, первым сформулировал закон распределения простых чисел — и в обоих случаях приоритет у него оспорил Гаусс.
$w=1/\sqrt{1-x^{2}}$ на $[-1,1]$ многочлены Чебышёва
$w=e^{-x^{2}}$ на прямой многочлены Эрмита
$w=e^{-x}$ на $[0,+\infty)$ многочлены Лагерра

Сто лет разрозненных открытий оказываются одной процедурой с четырьмя весами.

Второе: базис есть всегда. В сепарабельном пространстве возьмём счётное плотное множество, выбросим линейно зависимые векторы и ортогонализуем остаток. Ортонормированный базис существует — не для избранных пространств, а для всех.

Третье, самое сильное: гильбертово пространство ровно одно. Пусть базис есть. Сопоставим функции набор её коэффициентов: неравенство Бесселя говорит, что набор попадает в $\ell^{2}$, равенство Парсеваля — что длина сохраняется, теорема Рисса — Фишера — что попадает всякий набор. Итого:

$$\boxed{\;\text{всякое сепарабельное бесконечномерное гильбертово пространство изоморфно } \ell^{2}.\;}$$

Оно одно. Отсюда и берётся право фон НейманаДжон фон Нейманвенгеро-американский математик · 1903–1957Аксиоматизировал квантовую механику, основал теорию игр, придумал архитектуру компьютера и метод Монте-Карло — и всё это, по мнению современников, не напрягаясь. сказать, что матричная механика и волновая — одна теория: пространства $\ell^{2}$ и $L^{2}$ не «похожи», а совпадают.

Стоит оценить, насколько это исключительная удача. Для банаховых пространств ничего подобного нет и быть не может: там нет ни ортогональности, ни проекций, а попытка классификации кончилась гусём Энфло и пространством Цирельсона. Гильбертов случай — единственное место на этой линии, где мечта о классификации сбылась.

Кто это придумал на самом деле

Йорген Педерсен Грам — актуарий страхового общества, напечатавший процедуру за четверть века до Шмидта
Йорген Педерсен Грам — актуарий страхового общества, напечатавший процедуру за четверть века до ШмидтаJohannes Hauerslev · Public domain
Год Кто Где
1812 ЛапласПьер-Симон Лапласфранцузский математик, астроном и физик · 1749–1827Свёл небесную механику в пять томов, а теорию вероятностей — в один, и на полтора столетия задал образ мира, в котором будущее вычисляется из настоящего. внутри «Аналитической теории вероятностей»
1836 КошиОгюстен Луи Кошифранцузский математик · 1789–1857Первым потребовал от анализа доказательств вместо очевидности — и первым написал учебник, по которому это можно было выучить. в связи с методом наименьших квадратов
1883 Грам Копенгаген, работа о разложениях по методу наименьших квадратов
1907 Шмидт Гёттинген; отсюда процесс и пошёл в оборот

Ещё одна теорема, названная не по первооткрывателям, — как Хана — Банаха с четырьмя авторами в трёх городах.

Йорген Педерсен Грам (1850–1916) — датчанин, всю жизнь прослуживший в страховом обществе «Хафния»; математикой занимался помимо службы. Свои разложения он применял к лесному хозяйству: как по выборке оценить запас древесины в лесу. Его именем названы матрица и определитель Грама. Погиб в 1916 году — сбит велосипедистом по дороге на заседание Академии.

Совпадение, которое перестаёт быть совпадением, если приглядеться: Фредгольм тоже служил актуарием. Скандинавский анализ рубежа веков в изрядной степени вышел из страховых контор — там раньше других понадобилось всерьёз считать средние квадраты.

Шмидт: главное — не процесс

Эрхард Шмидт
Эрхард ШмидтKonrad Jacobs · CC BY-SA 2.0 de

Эрхард Шмидт (1876–1959), ученик ГильбертаДавид Гильбертнемецкий математик · 1862–1943Человек, сделавший Гёттинген столицей математики и задавший ей повестку на весь XX век — двадцатью тремя проблемами и одной программой, которую сам же и не смог спасти., защитился в Гёттингене в 1905-м. Процесс ортогонализации — не самое важное, что он сделал.

Гильберт писал о бесконечном числе переменных и квадратичных формах от них — на языке алгебры. Шмидт перевёл всё это на язык геометрии: вектор, длина, угол, ортогональная проекция, замкнутое подпространство. Он же ввёл обозначение $\|f\|$ для нормы. После Шмидта пространство функций стало можно видеть, а не только вычислять в нём, — и вся дальнейшая линия говорит его языком.

Ему же принадлежит разложение интегрального оператора по сингулярным числам — то самое, что для матриц называется сингулярным разложением и тихо работает внутри регуляризации Тихонова и половины современного анализа данных.

Следующая точка: Сегед — простейший из всех ортонормированных базисов, и первый, у которого коэффициент говорит о месте.

Открыть на карте